Как слиться с толпой в Испании?)
Добавлено: 27 май 2016, 21:26
Тут навеяло вашими коктейлями и прочими прелестями.....
Коля Сулима
«Но наше северное лето, карикатура южных зим, мелькнет и нет» - классик давно закрыл тему. Жил он, тем не менее, в России, а не на Капри, хотя и клялся, что «вреден север для меня». У северного лета свои достоинства, которых не замечаешь и не ценишь до тех пор, пока хорошенько не окунешься в те самые южные зимы.
Что может сказать вам человек, семь лет проживший в Калифорнии? Иногда я завидую северному лету. Да-да, не надо удивленно поджимать губы, ваш скепсис я знаю от первого до последнего слова. Постойте, послушайте минутку.
Знаете, в чем разница между жителем побережья и отпускником? В том, как часто каждый купается. Первый знает, что море от него никуда не денется – и в воде бывает дважды за полгода. А второй окунается по нескольку раз в день, потому что следующее море будет…когда, кстати? Через год, когда дадут отпуск, заплатят деньги, будут куплены билеты, а малолетнего кровопийцу прижмет к груди бабушка.
[emoji767]исаак левитан
Северное лето стократ гуще южного. Ты вдыхаешь запах клубники, которая будет свежей всего три недели, чтобы пропасть до следующего года. Та же история с черешней - у обычного горожанина есть всего две недели, в остальное время она по карману только миллионеру. Молодой лук, картошка, зеленый горошек, который рвешь прямо с ветки, ногтем вскрывая упругое брюшко – перепуганный червяк летит на землю, горох в рот. Ранние яблоки «белый налив», нежные, как принцессы, на щеках у которых так скоро растекаются кровоподтеки и вот их остается только выбросить. Но нет ничего вкуснее этого первого яблока с тонкой полоской, как на животе беременной женщины.
Курить ночью, слушая, как барабанят по земле августовские яблоки. Пойти, подобрать наугад одно, с примятым боком, едва начавшее холодеть, обтереть о футболку для порядка, укусить. Твердое антоновское яблоко с кислинкой и одуряющим запахом оценит лишь тот, кто много лет ел приторные «фуджи» или «голден делишес», со стикерами на боках. Есть в них что-то извращенное, в этих съедобных стикерах.
Свинина с базара, ее долго выбираешь, а придя домой, узнаешь, что тебя все равно надули: увесистый шмат жира умело обернут мясом, и туго увязан в мешок, чтобы ты не вздумал проверить на месте. Таковы правила игры, которая старше твоих родителей. Эту свинину ты режешь на куски не слишком мелкие и не слишком крупные, топишь в маринаде и везешь за город, обняв кастрюлю. Сверху лежат кольца репчатого лука, приклеен лавровый лист, на дне колышутся шарики черного перца.
[emoji767]исаак левитан
Водку нужно остудить в воде, прижав каменюкой, чтобы она не уплыла к другим мужчинам. Никто не любит собирать дрова, но выбора нет, и вот мы критикуем человека с сосной - кто же готовит мясо на сосновых дровах? А человеку с березой салютуем и выдаем ему огурец для сердечной радости. А потом все ходят голодными вокруг чадящего мангала, истекая слюной, кто-то жует сырой лук, а кто-то пьет со скуки и когда поджарилось, люди уже извелись и злятся.
Почему я все это помню, спросите вы? Потому, что затея в корне отличается от американского гриля на прессованном угле, где все готово за полчаса. Цена ему ноль. Никаких усилий – ни телесных, ни душевных. Чтобы устроить такой, надо просто прийти в магазин, купить там все сразу и доехать до ближайшего парка, где вкопаны в землю мангалы. Доступные, удобные, бессмысленные мангалы.
Чесать подмышками в палатке. Слушать лягушек ночью. Днем идти на байдарке по заросшей реке, путаной, как выпивший приятель. Бить комаров на камышовом берегу, прыгать вокруг костра и сырых дров, которые не хотят гореть. Обжигаясь, пить чернейший чай и жевать картошку, полусырую-полугорелую. Жарить сало, обернув его бумагой, чтобы не обуглилось, а потом выложить его на подсушенный кусок черного хлеба, пусть пропитается жирком. Мелкая лесная малина и ежевика, и исцарапанные запястья, черника с земли, у ребенка синий язык и ладони в чернильных пятнах. Лезть в студеную реку, полную родниковых пульсов, взвизгивая от ее мертвецких пальцев, отдуваясь, вытряхивать воду из ушей, а потом немедленно Веничка Ерофеев – вы понимаете, что это неизбежно.
Чем пахнет кожа любимой женщины северным летом? Смолистым лесом, навылет пробитым солнечными лучами.
А баня? Нет, не городская, откуда выходишь, чтобы через пять снова стать понурым хозяином тесной обуви, с легкими, полными гари. Нет, не такую баню мы любим, а ту, до которой надо ехать – можно машиной, но лучше электричкой, для подлинности. Где в парной дурацкие дверные ручки в виде голых баб, авторства соседа-алкоголика. Ольховые полки, мятый жестяной таз, напрасные поиски кислорода, жестокий товарищ, запаривающий тебя до обморока. Из этой бани выползаешь, натянув прожженные треники и старую олимпийку, и слушаешь тысячу кузнечиков в сумерках. Кукушка заводит свою канитель, ты слушаешь ее снисходительно. Серьезно, это все? Ты пустая и лживая птица, но сегодня я не могу тебя даже как следует проклясть. Мне слишком хорошо.
Верные друзья, принимающие решения в течение десяти минут. Утопия, согласен, но дайте помечтать, черт возьми.
Велосипед, ролики, скейтборд. Мотоцикл, для особо рисковых. Как-то раз я сидел в санта-крузском кафе и наблюдал, как пятьдесят байкеров ехали по Пасифик, нагишом. Они тянулись и тянулись, публика скоро заскучала и уткнулась в свои латте. В местах, где мотоциклетный сезон круглый год, поневоле снимешь штаны, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание. У нашего байкера таких проблем отродясь не бывало. Только-только почувствуешь вкус к езде – пора прятать мотоцикл до следующего года.
Ехать в машине, включив погромче оскорбительно нелепое музло. Какого-нибудь Снупа, с его голосом мультяшной крысы, чтобы никто, не дай бог, не принял тебя всерьез. Летом нельзя быть серьезным, и уж точно не в свободное от работы время. Даже чихать летом – совсем другое дело. Это вам не зимний чих, после которого подозрительно слушаешь себя – не ангина ли? Летом чихается беззаботно и с радостью.
Наливать холодное вино в чистый, до скрипа, бокал. Целый день на ногах или в тесной духовке машины, как галерник, упершись носом в чужую задницу - едешь к этому каберне, как к спасительному маяку.
Как насчет полить друг друга из шланга в жаркий денек, после прогулки по песчаному карьеру, где вы обсудили Вампилова, но поругались из-за того, надо ли лить уксус в маринад? Только представьте: июль, пыльная маска на лице и вы мстите друг другу ледяной водой!
Такого лета слишком мало, чтобы просиживать его в квартирном чаду, фыркая над чужими комментариями в фейсбуке. Оно запомнится надолго, ляжет линией на вашу ладонь, черточкой в угол глаза. Настоящее, концентрированное лето – ну-ка, залазьте в него обеими ногами!
....
Коля Сулима
«Но наше северное лето, карикатура южных зим, мелькнет и нет» - классик давно закрыл тему. Жил он, тем не менее, в России, а не на Капри, хотя и клялся, что «вреден север для меня». У северного лета свои достоинства, которых не замечаешь и не ценишь до тех пор, пока хорошенько не окунешься в те самые южные зимы.
Что может сказать вам человек, семь лет проживший в Калифорнии? Иногда я завидую северному лету. Да-да, не надо удивленно поджимать губы, ваш скепсис я знаю от первого до последнего слова. Постойте, послушайте минутку.
Знаете, в чем разница между жителем побережья и отпускником? В том, как часто каждый купается. Первый знает, что море от него никуда не денется – и в воде бывает дважды за полгода. А второй окунается по нескольку раз в день, потому что следующее море будет…когда, кстати? Через год, когда дадут отпуск, заплатят деньги, будут куплены билеты, а малолетнего кровопийцу прижмет к груди бабушка.
[emoji767]исаак левитан
Северное лето стократ гуще южного. Ты вдыхаешь запах клубники, которая будет свежей всего три недели, чтобы пропасть до следующего года. Та же история с черешней - у обычного горожанина есть всего две недели, в остальное время она по карману только миллионеру. Молодой лук, картошка, зеленый горошек, который рвешь прямо с ветки, ногтем вскрывая упругое брюшко – перепуганный червяк летит на землю, горох в рот. Ранние яблоки «белый налив», нежные, как принцессы, на щеках у которых так скоро растекаются кровоподтеки и вот их остается только выбросить. Но нет ничего вкуснее этого первого яблока с тонкой полоской, как на животе беременной женщины.
Курить ночью, слушая, как барабанят по земле августовские яблоки. Пойти, подобрать наугад одно, с примятым боком, едва начавшее холодеть, обтереть о футболку для порядка, укусить. Твердое антоновское яблоко с кислинкой и одуряющим запахом оценит лишь тот, кто много лет ел приторные «фуджи» или «голден делишес», со стикерами на боках. Есть в них что-то извращенное, в этих съедобных стикерах.
Свинина с базара, ее долго выбираешь, а придя домой, узнаешь, что тебя все равно надули: увесистый шмат жира умело обернут мясом, и туго увязан в мешок, чтобы ты не вздумал проверить на месте. Таковы правила игры, которая старше твоих родителей. Эту свинину ты режешь на куски не слишком мелкие и не слишком крупные, топишь в маринаде и везешь за город, обняв кастрюлю. Сверху лежат кольца репчатого лука, приклеен лавровый лист, на дне колышутся шарики черного перца.
[emoji767]исаак левитан
Водку нужно остудить в воде, прижав каменюкой, чтобы она не уплыла к другим мужчинам. Никто не любит собирать дрова, но выбора нет, и вот мы критикуем человека с сосной - кто же готовит мясо на сосновых дровах? А человеку с березой салютуем и выдаем ему огурец для сердечной радости. А потом все ходят голодными вокруг чадящего мангала, истекая слюной, кто-то жует сырой лук, а кто-то пьет со скуки и когда поджарилось, люди уже извелись и злятся.
Почему я все это помню, спросите вы? Потому, что затея в корне отличается от американского гриля на прессованном угле, где все готово за полчаса. Цена ему ноль. Никаких усилий – ни телесных, ни душевных. Чтобы устроить такой, надо просто прийти в магазин, купить там все сразу и доехать до ближайшего парка, где вкопаны в землю мангалы. Доступные, удобные, бессмысленные мангалы.
Чесать подмышками в палатке. Слушать лягушек ночью. Днем идти на байдарке по заросшей реке, путаной, как выпивший приятель. Бить комаров на камышовом берегу, прыгать вокруг костра и сырых дров, которые не хотят гореть. Обжигаясь, пить чернейший чай и жевать картошку, полусырую-полугорелую. Жарить сало, обернув его бумагой, чтобы не обуглилось, а потом выложить его на подсушенный кусок черного хлеба, пусть пропитается жирком. Мелкая лесная малина и ежевика, и исцарапанные запястья, черника с земли, у ребенка синий язык и ладони в чернильных пятнах. Лезть в студеную реку, полную родниковых пульсов, взвизгивая от ее мертвецких пальцев, отдуваясь, вытряхивать воду из ушей, а потом немедленно Веничка Ерофеев – вы понимаете, что это неизбежно.
Чем пахнет кожа любимой женщины северным летом? Смолистым лесом, навылет пробитым солнечными лучами.
А баня? Нет, не городская, откуда выходишь, чтобы через пять снова стать понурым хозяином тесной обуви, с легкими, полными гари. Нет, не такую баню мы любим, а ту, до которой надо ехать – можно машиной, но лучше электричкой, для подлинности. Где в парной дурацкие дверные ручки в виде голых баб, авторства соседа-алкоголика. Ольховые полки, мятый жестяной таз, напрасные поиски кислорода, жестокий товарищ, запаривающий тебя до обморока. Из этой бани выползаешь, натянув прожженные треники и старую олимпийку, и слушаешь тысячу кузнечиков в сумерках. Кукушка заводит свою канитель, ты слушаешь ее снисходительно. Серьезно, это все? Ты пустая и лживая птица, но сегодня я не могу тебя даже как следует проклясть. Мне слишком хорошо.
Верные друзья, принимающие решения в течение десяти минут. Утопия, согласен, но дайте помечтать, черт возьми.
Велосипед, ролики, скейтборд. Мотоцикл, для особо рисковых. Как-то раз я сидел в санта-крузском кафе и наблюдал, как пятьдесят байкеров ехали по Пасифик, нагишом. Они тянулись и тянулись, публика скоро заскучала и уткнулась в свои латте. В местах, где мотоциклетный сезон круглый год, поневоле снимешь штаны, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание. У нашего байкера таких проблем отродясь не бывало. Только-только почувствуешь вкус к езде – пора прятать мотоцикл до следующего года.
Ехать в машине, включив погромче оскорбительно нелепое музло. Какого-нибудь Снупа, с его голосом мультяшной крысы, чтобы никто, не дай бог, не принял тебя всерьез. Летом нельзя быть серьезным, и уж точно не в свободное от работы время. Даже чихать летом – совсем другое дело. Это вам не зимний чих, после которого подозрительно слушаешь себя – не ангина ли? Летом чихается беззаботно и с радостью.
Наливать холодное вино в чистый, до скрипа, бокал. Целый день на ногах или в тесной духовке машины, как галерник, упершись носом в чужую задницу - едешь к этому каберне, как к спасительному маяку.
Как насчет полить друг друга из шланга в жаркий денек, после прогулки по песчаному карьеру, где вы обсудили Вампилова, но поругались из-за того, надо ли лить уксус в маринад? Только представьте: июль, пыльная маска на лице и вы мстите друг другу ледяной водой!
Такого лета слишком мало, чтобы просиживать его в квартирном чаду, фыркая над чужими комментариями в фейсбуке. Оно запомнится надолго, ляжет линией на вашу ладонь, черточкой в угол глаза. Настоящее, концентрированное лето – ну-ка, залазьте в него обеими ногами!
....
Отъездил уже свое, мустанг наш испанский... 
никого не слушай пИтрович , бери гармошку , медведя и побольше водки и гоу вдоль полицейских кататься , тебе приятно , нам интересно , потом будешь мемуары писать в отдельной теме , а нам опять же развлечение , может быть даже мы тебе будем апельсины передавать в виде презентов , если закроют надолго , правда в только в обмен на интересные зарисовки испанских тюрем 
Во опять разнылся...Рефлексы у него..бггг